В ауле

«В ауле» — , повествующий об одном из эпизодов «чужой войны». Данное произведение — первая попытка писать прозу военной тематики.

В ауле

Олег стоял слева от окна, опершись обеими руками о стену и прижавшись к ней горячим лбом. Рядом, приставленный к стене, находился его автомат, магазин
которого был практически пуст. Справа от Олега располагалась грязная койка, на которой, вновь потеряв сознание, лежал тяжело раненный Максим. Над его лицом, надрывно жужжа, летала толстая муха.

Молодые парни засели в небольшом домике одного из аулов, недавно оставленных афганцами. Аул был оставлен, но окружён, и пути к отступлению
больше не было. Так случилось, что их отряд, попав под обстрел, был уничтожен. Выжить удалось лишь одному Олегу, да его другу, тяжело раненному в грудь.
Дни Максима, вероятно, были уже сочтены. Но и Олегу, находившемуся в окружённом ауле с почти разряженным автоматом, тоже оставалось не долго. А как хотелось жить!..

А за окном стоял жаркий летний день. На ясном небе нещадно палило солнце. Ужасно хотелось пить, но воды в доме не было. Напротив дома, между какими-то
кустарниками с пожелтевшими и скрючившимися листьями, протекал небольшой ручей со свежей, прохладной водой. До него было всего метров десять: это так мало и в то же время так много!.. Всего минута, в течение которой надо выскочить из дома, пересечь улицу и опуститься к ручью: и всё, твоей жажде придёт конец!.. Но навряд ли тебе удастся пройти эти десять метров, не поймав ни одной пули из душманских автоматов. А жить так хочется!..

Ловя потрескавшимися губами раскалённый воздух, Олег, зажмурив глаза, вспоминал счастливые эпизоды из своей прежней жизни. Вот он маленький, пухленький мальчуган, держа в одной руке огромный букет цветов, а в другой — яркий, новенький ранец, идёт в первый класс. Рядом счастливо улыбающиеся отец с матерью. И ему тоже радостно, он тоже счастлив, он тоже улыбается.

А вот он, спустя несколько лет. Тоже с цветами, но уже без ранца. И на этот раз цветы предназначаются не первой учительнице, а первой и единственной
любимой девушке. Он, волнуясь, идёт на первое с ней свидание. Ему тогда было всего пятнадцать лет...

А вот они с ней вдвоём на берегу чёрного моря. Он — студент-первокурстник исторического факультета, она — выпускница средней школы. Им кажется, что
они одни на весь белый свет, они счастливы!..

А вот они с Катей и его товарищами в последний раз собрались у него дома, провожая его в Афганистан. На их лицах застыла горькая печаль, но он смеётся,
он просит их не грустить, уверяя, что вернётся, что обязательно придёт живой и невредимый, что по-другому быть не может...

Раздавшаяся автоматная очередь заставила Олега отвлечься от воспоминаний, вернувшись в суровую действительность. Вздрогнув, он схватил автомат и рухнул на пол.

Несколько пуль, со свистом влетев в комнату, впились в противоположную стену и дверь.
Одна из пуль вонзилась в койку, на которой лежал Максим, застыв всего в нескольких сантиметров от его головы.

— Суки!.. — сквозь зубы пробормотал Олег, до боли впиваясь пальцами в приклад автомата.

Максим едва слышно простонал, открыв на мгновение глаза, и вновь потерял сознание.

Ещё одна очередь ударила чуть выше окна, сорвав со стены несколько осколков кирпича, и всё затихло. Но на долго ли?..

— Что же делать, Боже? — с трудом шевеля опухшими губами, прошептал Олег. — Ведь мы долго не продержимся. А уходить некуда — все пути перекрыты...

Духи же, вероятно, решили дождаться вечера, чтоб не мешала жара, и тогда уже пойти на штурм. И когда это произойдет, Олег не продержится и пяти минут
— тут и думать нечего. Он один, а их там несколько десятков; у них полно патронов, а у него осталось штук десять — не больше...

— Где же наши, Боже? Ведь они где-то в этих местах. Я же связывался вчера с ними по рации, и они обещали выслать подмогу. Где же она? Где?!

Прошло ещё несколько часов, и начало смеркаться. Жара стала спадать, уступая место вечерней прохладе. Стало легче дышать. Максим, пошевелившись,
пришёл в себя. Он открыл глаза и осмотрелся по сторонам.

— Воды!.. Хочу воды! — прошептал он пересохшими и растрескавшимися губами. — Олежа, дай пить!..

— Нет у меня, брат, нет ни капли! — в яростном бессилии ударяя кулаком в
стену, воскликнул Олег. — Всё кончилось, а эти суки к ручью не пускают!..

Он немного помолчал и тихо добавил:

— Крепись, братка, нам уже немного осталось... Наши не пришли, а душманы скоро пойдут на штурм...

И, словно услышав его слова, афганцы открыли огонь. Затрещали автоматы, засвистели пули, в соседних комнатах, посыпались осколки кирпичей и штукатурка.

— Началось, — прошептал Олег, хватаясь за автомат и, пригибаясь, подбираясь к окну. Ну, гниды, держитесь!..

Он выглянул на улицу и открыл прицельный огонь по бегущим к дому Афганцам.

— Нате, суки, получите! Не возьмёте вы нас просто так, не возьмёте!..

data-yashareType="button" data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,gplus">

Заполните форму ниже и получите доступ к литературно-музыкальному аудиожурналу "Мир творчества", который слушают более чем в 50 странах мира!





Похожие записи

Страницы: 1 2

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *