Двух судеб перекрёсток

Двух судеб перекрёсток

Два одиноких, несчастных человека встретились, когда совсем не ждали встречи. И перед ними встал выбор: разминуться, пройти мимо друг друга, сохранив своё одиночество, или же ещё раз попробовать изменить к лучшему не сложившуюся личную жизнь.

Двух судеб перекрёсток

Несмотря на то, что был июль, погода стояла довольно прохладная и дождливая, как поздней осенью. Небо было затянуто тучами, солнце не появлялось со вчерашнего обеда. Дул северный, пронизывающий ветер, моросил мелкий, противный дождь. Денис стоял возле своей «десятки», сильно забрызганной грязью, и молча смотрел себе под ноги. Ему совершенно ничего не хотелось делать. Не хотелось никуда идти, не хотелось никого видеть, не хотелось ни с кем разговаривать. Он просто стоял и молчал, бессмысленно рассматривая грязные кроссовки. Ему не было никакого дела до ветра и дождя. С волос за ворот насквозь промокшей футболки стекали холодные ручейки дождевой воды, но он не обращал на них никакого внимания. Изредка пробегавшие мимо люди бросали в его сторону быстрые взгляды, в которых читались удивление и недоумение. Можно было даже подумать, что Денис не живой человек, а манекен, кем-то случайно позабытый.

В кармане спортивных штанов негромко заиграл мобильный телефон. Денис слегка вздрогнул. Взглянув на высветившееся имя звонившего, он нажал отмену. Спустя минуту звонок повторился, и тогда Денис отключил телефон. Открыв заднюю дверцу, он кинул его на сиденье и, раздражённо сплюнув, присел рядом. Достав из другого кармана сигареты с зажигалкой, Денис закурил. Мимо, с воем сирены, пронеслась машина скорой помощи, он проводил её взглядом и вновь уставился на кроссовки.

Дождь усилился. Крупные капли забарабанили по крыше и стёклам машины. Резкие порывы ветра сильно наклонили росшую невдалеке молодую, совсем тоненькую берёзку. Казалось, ещё немного, и она переломится. В разные стороны полетели сорванные ветром листья. С верхушки деревца вспорхнул потревоженный воробей. Зачирикав, он перелетел на ближайшее дерево и затерялся в густой листве.

Лето в этом году выдалось богатое на циклоны и антициклоны. Погода менялась каждую неделю. То стояла изнурительная жара, всё вокруг вяло под палящим солнцем, то вдруг столбик термометра резко падал, неведомо откуда налетали ветра, сутками напролёт шли дожди. Такое погодное непостоянство доставляло немало хлопот как людям, животным, так и растениям. Но сделать с этим что-либо было невозможно, и оставалось лишь смириться, стойко перенося природные чудачества.

Денис был молод и крепок здоровьем, на него погодные перепады не оказывали никакого влияния. Однако, его сегодняшнее настроение было под стать погоде: такое же мрачное и угнетающее. Да и на это были свои причины. Докурив сигарету, Денис выбросил окурок и, обойдя машину, сел на водительское сиденье. Посмотрев по сторонам, он вялым движением руки включил дворники. Заработав, те отчасти протёрли лобовое стекло, засеянное дождевыми каплями и потоками. В зеркале заднего вида Денис вдруг увидел молодую женщину, держащую за руку маленькую девочку. Обе они совсем промокли, вода ручьями стекала с их волос и платьев. Опустив головы, они не спеша шли в сторону Денисовой «Десятки». «Ещё одни жертвы беспощадной судьбы», — рассматривая их, подумал Денис.

Поравнявшись с машиной, женщина остановилась. Замерла и девочка. Она быстро взглянула на женщину и, что-то ей сказав, — Денис не расслышал ни единого слова, — вновь опустила голову. Женщина ей что-то ответила, затем, постояв несколько секунд, медленно подошла к машине и тихонько постучала по стеклу. Денис кивнул головой, давая ей понять, что можно открыть дверь. Немного поколебавшись, женщина осторожно её открыла и, взглянув на Дениса, спросила тихим, не уверенным голосом:

-Извините, вы кого-то ждёте?

-Мне некого ждать, — вздохнув, ответил Денис.

Женщина явно хотела ещё о чём-то спросить, но никак не решалась это сделать. Она мялась, переступая с ноги на ногу, и молчала. Денис достал вторую сигарету, закурил, глядя в окно. Затем, видя, что она не уходит, повернулся к женщине и спросил:

-Вы что-то хотели?

-Да... — отозвалась та. — Мне не совсем удобно, но... Я не знаю, как бы это сказать... Не могли бы вы нас с дочкой подвезти к автовокзалу? Только... – она запнулась, краснея от смущения. — Только, это... У меня нет ни копейки... Мне не чем с вами расплатиться...

-Садитесь, — отворачиваясь от неё, сказал Денис.

-Вы серьёзно? — не поверила женщина. — Подвезёте, да?

-Садитесь, — повторил Денис, выбрасывая в окно не докуренную сигарету.

-Люда, залазь быстрее, — открывая девочке заднюю дверцу, сказала женщина. Сама она села наперёд, рядом с Денисом.

Денис завёл двигатель, вялыми движениями рук повернул руль, выезжая на проезжую часть, и, переключив сцепление, нажал на газ. «Десятка», резво набирая скорость, понеслась по мокрой дороге. Несколько минут они ехали молча, затем, остановившись у светофора, Денис бросил на женщину изучающий взгляд и спросил:

-А в автобусе тоже собираетесь бесплатно ехать?

-Не знаю, — опуская голову, тихо ответила женщина. — Как получится.

-Странная ты какая-то, — незаметно переходя на «ты», сказал Денис. — Будто не от мира сего!

Женщина ничего не ответила. Дождавшись, пока загорится зелёный свет, Денис вновь тронулся с места, обгоняя все идущие впереди машины. Дождь слегка утих, и на короткое мгновение появилось солнце. Вскоре, правда, оно вновь скрылось за тучами, но последних стало заметно меньше, на небе возникли частые просветы, предвещавшие грядущую смену погоды.

Уже когда они подъезжали к автовокзалу, женщина вдруг заговорила:

-У меня мама живёт в соседней области. А в этом городе, кроме мужа, никого нет. Мы недавно сюда приехали. Но от мужа я ушла, и никогда уже к нему не вернусь. Мы с ним совсем разругались, я взяла дочку и ушла. Денег у меня нет ни копейки: всеми деньгами заведовал он. Вот так вот.

-Понятно, — ответил Денис.

Сбавив скорость, он свернул на обочину и, остановив машину, заглушил двигатель.

-Вы чего? — испугавшись, спросила женщина.

Они находились на совершенно безлюдной улице. Вокруг не было ни людей, ни машин. Лишь грязная дорога, мокрые, угрюмые дома по обе её стороны и непрекращающийся дождь.

-Ты уверена, что правильно поступаешь? — спросил Денис. — Жалеть потом не будешь?

-Не буду, — ответила женщина.

-Может, поехали ко мне: переночуешь, успокоишься, а завтра на свежую голову и решишь, что делать дальше? Всё равно тебя за так никто не повезёт. А у меня тоже с собой денег нет. Лишь зря промокнешь, да малую протягаешь по такой погоде.

Женщина не отвечала. Она молча рассматривала свои колени, разглаживая руками мокрый подол платья.

-Подумай, — сказал Денис. — Мне-то всё равно. Как скажешь, так и будет. На вокзал – значит, на вокзал. Малую просто жалко...

Он закурил очередную сигарету и отвернулся к наполовину опущенному окну. Они молчали довольно долго. Затем, глубоко вздохнув, женщина нарушила воцарившуюся в машине тишину:

-Мне неудобно и, если честно, немного боязно принять такое предложение. Как отнесутся к этому Ваши домочадцы?

-Я один живу, — не оборачиваясь к ней, ответил Денис. – И не переживай, как человек верующий, не причиню ничего плохого ни тебе, ни дочке. Чисто по-человечески хочется помочь.

Она ещё немного подумала, затем тихо сказала:

-Хорошо, пусть будет так.

Денис, не спеша, докурил и, развернув машину, поехал в обратном направлении. Всю оставшуюся дорогу они молчали, каждый думая о чём-то своём. А дождь тем временем окончательно прекратился, и на небе вновь появилось солнце, уже не окружённое тучами. Очередная полоса погодных негораздов осталась в прошлом. Денис жил в довольно большом доме, расположенном на городской окраине. Загнав машину во двор, он открыл дверцы и предложил женщине с дочкой войти в дом.

-Кстати, как тебя зовут-то? — спросил он.

-Таня, — смущённо улыбаясь, ответила женщина. — А дочку — Люда.

-Очень приятно. Денис.

Денис провёл их в гостиную, а сам отлучился на кухню.

-Располагайтесь, а я приготовлю ужин, — уходя, сказал он.

Вскоре Таня последовала его примеру.

-Давай, я помогу, — сказала она. — Что нужно делать?

-Ну, для начала тебе не помешало бы осушиться, — улыбнувшись, ответил он.

Денис сходил в ванную и принёс оттуда большое полотенце.

-На, вытри голову, — сказал он, и затем добавил:

-Там в спальне шкаф, в нём одёжка моей бывшей: пойди переоденься, а своё платье повесь сушиться. Малую вот только не знаю, во что одеть. Поройся в шкафу: может, что и придумаешь.

-Да не, вы что, не надо! — попыталась возразить Таня. — Оно и так уже почти сухое.

-Кончай дурака валять! — довольно резко оборвал её Денис. — Высохло, блин. С него ручьи стекают: посмотри на пол! Иди давай!

Таня смущённо улыбнулась, но больше спорить не стала, повиновалась. Спустя несколько минут она вернулась в кухню в простеньком синем платье, найденном в шкафу. За ней пришла и Люда, одетая в Денисову футболку, доходившую ей чуть ли не до пяток.

Денис взглянул на неё и улыбнулся.

-Ну вот, сказал он, — совсем другое дело. Прямо модель! Теперь можно и поужинать.

Открыв холодильник, Денис хотел вынуть бутылку водки, но, встретив испуганный Танин взгляд, отдёрнул руку.

-Не надо, — тихо попросила она. — Давайте так.

-Хорошо, — согласился он, и сел за стол. — Давай только на «ты», ладно?

-Хорошо.

Скромный ужин состоял из позавчерашней картошки пюре и салата из огурцов с помидорами, но все трое поели с охоткой. После ужина пошли в гостиную. Денис включил телевизор. Таня с дочкой расположились на диване, а он присел на кресло. Какое-то время сидели молча, потом Таня сказала:

-Ты извини, что я не дала тебе выпить. Просто мой муж, как выпьет, сразу звереет. Он столько раз избивал и меня, и Люду, что я теперь до смерти боюсь пьяных мужчин.

-Из-за этого ты от него и ушла? — спросил Денис. 

-Да. Я очень долго терпела, всё надеялась, что он перестанет. Когда он трезвый, то человек, как человек, а когда выпьет: хуже бешеной собаки! Накидывается, бьёт. Потом проспится, прощения просит, клянётся, что это больше не повторится, — она всхлипнула, — а сам снова и снова!

-Мама, не надо, не плачь! — прижимаясь к ней, попросила Люда.

-Хорошо, доченька, не буду, — ответила Таня, одной рукой обнимая девочку, а другой утирая слёзы.

-Теперь я понимаю, почему вдруг согласился тебя везти, почему не прогнал, — помолчав какое-то время, сказал Денис. — У нас с тобой очень похожие судьбы. Я сам пару дней тому назад расстался с женой.

-Тоже пила? — спросила Таня.

-Да нет, гуляла, — со вздохом ответил Денис. — Могла пойти в магазин, встретить по дороге какого-нибудь мужика и вернуться домой лишь под утро. Придет, вся в слезах, упадёт на колени: «прости, умоляю, это в последний раз! Мне лишь ты нужен, я лишь тебя люблю!» Простишь с болью в сердце, а она через время опять. Не знаю, что с ней такое. Её бабка, говорят, гулящей была. По наследству, что ли передалось? — Бог его ведает! Я три года терпел, а потом не выдержал — схватил за шиворот и выставил вон. Она и ушла куда-то. Ни ко мне не вернулась, ни к матери своей. У подруг тоже нет. Где её носит: понятия не имею. Места себе не нахожу из-за этого.  Узнать бы, что жива, да и Бог с ней. А то ведь мало ли, что могло случиться.

Таня ничего не ответила, лишь посмотрела на Дениса грустным и всё понимающим взглядом, от которого на душе у него стало как-то легко и тепло. Больше в этот вечер они не говорили ни о его жене, ни о её муже. Всё сидели да смотрели телевизор. А потом Денис отвёл их в спальню, а сам лёг в гостиной.

Спал он плохо. Много раз просыпался, ворочался, долго о чём-то думал, глядя в потолок. Но утром встал рано, и настроение у него было заметно лучше, чем вчера.

Денис сидел на кухне и курил. Увидев застывшую на пороге Таню, он кивнул ей.

-Привет!

-Привет, — улыбнулась она.

-Как спалось?

-Ты знаешь, спала, как убитая. Как вечером легла, так до утра и проспала. А Люда до сих пор сны смотрит.

-Ну, и пускай отдыхает, не буди её.

-Но ведь пора ехать, — возразила Таня. — Мы же не можем у тебя поселиться и жить.

-А почему бы и нет? — подходя к ней, спросил Денис. — Ты знаешь, Тань, — продолжил он, беря её за руку, — я ночью много об этом думал.

Ты одна, и я — один. У тебя маленькая дочка — ей нужен отец. Оставайтесь у меня, попробуем жить вместе. Я понимаю: для вас я совсем чужой. Да и сам вас практически не знаю. Но я ни к чему такому не призываю. Будем просто жить, а там — как Бог даст. Не понравится, уйдёшь, — уйти ведь никогда не поздно. Я не буду силой удерживать. Подумай, Тань.

-А как же твоя жена? — немного помолчав, спросила Таня. — Если она вернётся?

-Единственное, чего я хочу: лишь узнать, где она, убедиться, что жива. Но жить с ней я уже не буду: я так больше не могу.

-Да, но ведь ты женатый, я замужняя, и жить вместе — это как-то не хорошо получается, — возразила Таня.

-Но я ведь не призываю тебя к сожительству. Нам с тобой обоим не повезло со вторыми половинками, и эта боль ещё долгое время будет давать о себе знать. Только жизнь продолжается, и вдвоём намного легче как справляться с душевной болью, так и решать различные житейские проблемы. Дом большой – в нём места хватит всем. У меня есть бизнес, приносящий не плохой доход. Но и тебе помогу с работой, чтобы ты более комфортно себя чувствовала. Одному, поверь, очень плохо. А так будет хоть с кем словом перемолвиться. Поживём, приглядимся друг к другу, а там – как Господь управит. Подумай, Тань. Не спеши с ответом.

-Хорошо, — согласилась она, — я подумаю над твоим предложением.

Умывшись и позавтракав, Таня скрылась в спальне. А Денис, убрав со стола, вышел во двор.

Он сидел под навесом на стареньком диване и размышлял о неожиданных поворотах жизни, когда на пороге появилась Люда. Одета она была в своё платьице, уже успевшее высохнуть. Девочка замерла на верхней ступеньке, с любопытством озираясь по сторонам. Денис, заметив её, улыбнулся и подозвал к себе.

Люда осторожно пересекла двор и остановилась в нескольких шагах от дивана.

-Иди, не бойся, — сказал Денис. — Садись.

Девочка присела на край дивана и посмотрела на него немного испуганным, но в то же время вопрошающим взглядом. Денис обнял её и слегка прижал к себе.

-Не бойся, — сказал он, — я тебя не обижу.

Ему было уже тридцать пять лет, и он давно мечтал о своих детях. А эта маленькая девочка, фактически лишившаяся отца, сразу запала в его душу, напрочь заняв там своё место. Денису даже казалось, что он мог бы полюбить её, как родную дочь. Нравилась ему и Таня:
её типично славянская внешность, мягкий, нежный голос, спокойный, покладистый характер. Но ещё слишком свежи были воспоминания о Даше, его беспутной жене, чтобы Денис мог думать о Тане, как о возможной возлюбленной. Ему было очень жалко её, искренне хотелось помочь; да и одиноко было жить одному в большом доме. В глубине души Денис допускал мысль о том, что когда-нибудь он сможет полюбить и Таню, но для этого должно было пройти время.

Выйдя во двор, Таня сразу же увидела Дениса с прижавшейся к нему Людой. Она остановилась от неожиданности, а на глазах её выступили слёзы. Постояв немного, Таня глубоко вздохнула и пошла к навесу.

-Денис, я подумала над твоим предложением, — тихо сказала она.

-И что ты решила? — не поднимая на неё глаз, спросил он.

-Давай, мы на недельку останемся, а дальше – будет видно. Хорошо?

-Договорились.

-Мам, дядя очень хороший, — сказала вдруг Люда.

Денис с Таней обменялись быстрыми взглядами и улыбнулись.

-Да, доченька, дядя очень хороший, — краснея, прошептала Таня.

 

data-yashareType="button" data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,gplus">


Похожие записи

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *