Девушка у Золотых ворот

(Эта маленькая, светлая сказка посвящается столь же светлой и доброй девушке — Натали Мартенс, с которой мне однажды довелось познакомиться и немного пообщаться...)

Девушка у Золотых ворот

Она стояла у Золотых ворот, освещённых алыми лучами заходящего сентябрьского солнца, светившего с ясного Киевского неба. На ней было лёгкое белое платье и такие же белые туфли, вокруг которых ветер то и дело гонял разноцветную листву. Её густые чёрные волосы, словно водяные фонтаны с вершины водопада, красиво и изящно ниспадали на плечи и спину. На лоб, слегка прикрыв один глаз, упала прядь волос растрёпанной ветром чёлки. Она была совсем одна — такая хрупкая и нежная, беззащитная и очень красивая, а в её глазах отчётливо читались грусть и тоска, печаль и одиночество. На совсем ещё юном и симпатичном лице не было заметно и тени улыбки, — оно было серьёзным и смиренным, покорным судьбе.

Далее

На дальнем севере

Они оба из Москвы, но нашли друг друга за несколько тысяч километров от столицы. Не зря говорится: чужое не догонишь, а от своего не уйдёшь!..

«На дальнем севере» — это красивая предновогодняя сказка, романтический рассказ со счастливым концом!..

На дальнем севере

Застегнув последнюю пуговицу на дублёнке и надев шапку-ушанку, Семён, медленно переступая через порог, вышел на улицу. День был ясный и морозный. Вокруг лежал снег, переливающийся под солнечными лучами всеми цветами радуги и слепящий глаза. Он был повсюду: на земле, на деревьях, на крыше стоявшего неподалёку сарая, на окнах дома, на пороге; всюду, куда ни глянь, было лишь белое снежное покрывало, местами достигающее полутораметровой толщины. Зима на славу постаралась. Причём, в течение последних нескольких дней она лишь тренировалась, готовясь к наиболее сильному броску, который и осуществила сегодняшней ночью. Начиная где-то с десяти часов вечера, и до самого утра вовсю бушевала вьюга, в трубе гудел разошедшийся ветер, засыпая и заметая всё, что только попадалось на его пути, снежной крупой, щедро сыплющейся с неба. И лишь около часа тому назад снегопад постепенно стих, сойдя на нет.

Щурясь с непривычки, Семён, постояв немного на пороге, сделал пару шагов в сторону сарая и остановился, едва ли ни по пояс погрузившись в снежный сугроб.

— Н-да, — произнёс он, озираясь по сторонам. — Зря я не занёс вчера лыжи в дом. Ещё и подумал...

Он сплюнул.

— И лопата тоже в сарае. А без неё, пожалуй, тут и не обойтись. Это надо ж столько навалить! То-то Женька обрадуется. У них там, наверное, сейчас слякоть,
дождь...

Далее

Осенняя грусть

Всё, что ни происходит в нашей жизни, включая, казалось бы, бессмысленные, гнетущие своею пустотой, мгновения или, тем более, печальные, трагические события, — всё к лучшему. Просто мы не всегда это сразу понимаем, а порою и вовсе не хотим понять, не желаем задуматься, проанализировать происходящее с нами...

Вот и эта, в общем-то, светлая сказка, конечно же, вымышленный романтический рассказ — яркое тому подтверждение. Да, история придуманная, но оглянитесь по сторонам, задумайтесь: разве с вами или окружающими вас людьми не происходит ничего подобного?!..

Осенняя грусть

Вроде и небо было ясным, вроде и солнце светило, а всё равно чувствовалось, что лето постепенно покидает здешние края, уходя на целые девять месяцев.
Как это мало — девять месяцев, и в то же время как это много! Верно говорят, что всё в мире этом относительно. На одно и то же, посмотрев с разных сторон,
можно получить разные результаты, каждый из которых по-своему будет верным. Вот такой странной штукой иногда бывает эта жизнь. Всё вроде в ней просто,
и, в то же время, всё очень и очень сложно, и не во всём удаётся разобраться. А знать, конечно же, хотелось многое. Человек — такое создание, которое жаждет
постоянно что-то узнавать, что-то открывать. Без этого ему никак нельзя...

Так размышляя, я брёл по городу, совершенно не заботясь о своём маршруте. Я давно уже заметил, что попал в малознакомый мне район. Но это меня ни чуть
не встревожило: город у нас небольшой, так что, куда бы я ни забрёл, всё равно смогу найти обратный путь. Да и мне, если честно, в ту минуту хотелось
зайти куда-нибудь как можно дальше. Такое вот было странное настроение, вызванное, быть может, близким приходом осени. А может и ещё чем-то.

Конечно, у осени тоже есть много прекрасного. Много такого, чего нет у иных времён года. И я это понимал. Но первые недели осени вызывали во мне почему-то
одну лишь грусть. Я смотрел на жёлтую, пожухлую траву, на разноцветные листья, летевшие с деревьев, на полуголые ветви этих самых деревьев и кустарников, на людей, начинавших одеваться в более тёплую одежду, и мне становилось не по себе, грусть одолевала меня. А потом приходили пасмурные и дождливые дни — это постоянные спутники осени, без них никак нельзя. И лишь потом, когда в череде пасмурных и дождливых дней появлялся просвет из быстро проходящего бабьего лета, настроение понемногу улучшалось, и осень воспринималась уже несколько иначе, не столь печально.

Далее

Странник

Он — одинокий романтик, не понятый даже родными. Странствуя, он, сам того не зная, ищет её. И однажды находит. Они сразу узнают друг друга. Но...

Странник

Рассвет застал его уже одетым и готовым к дальней дороге. Часы показывали только начало шестого, а он уже успел сделать утреннюю зарядку, позавтракать и собрать свой дорожный рюкзак. Окинув маленькую, но весьма уютную комнатёнку быстрым, внимательным взглядом и ещё раз убедившись в том, что ничего не забыто, он накинул рюкзак на плечи и вышел в прихожую.

-Всё-таки уходишь? — подходя к нему, тихо спросила маленькая, низкорослая старушка.

-Да, мама, ухожу, — ответил он.

Женщина тихо всхлипнула и смахнула с глаз слёзы.

-Опять ты плачешь, — с укоризной в голосе произнёс он.

-А как же мне не плакать, Ваня? Ведь ты уходишь неизвестно на какое время в неизвестном направлении... А если с тобой что случиться? Ведь мы даже и не
узнаем!..

Она не выдержала и разрыдалась.

-Ну, не надо, мам!.. Ты же знаешь — я вернусь... Я не надолго...

-Ладно, иди, — сквозь слёзы произнесла она. — Иди... Что ж с тобой поделаешь?..

Он поцеловал старушку в мокрую от слёз щёку и вышел во двор.

На дворе было свежо и прохладно. Восходящее солнце хоть и освещало весь двор, но практически его не грело. Лёгкий ветерок, едва заметно теребивший
листву росшей вблизи крыльца яблони, пощекотал его гладко выбритые щёки. Он улыбнулся и медленно пошёл к калитке.

-Вань, постой! — крикнул с противоположного конца двора высокий, широкоплечий мужчина лет тридцати пяти.

Он быстро приблизился к уходившему и, положив свою огромную ручищу на его плечо, заглянул в светло-голубые глаза.

-На долго ли, брат?

-Пока не знаю. Может, на неделю, а может, и на месяц...

-Ты, братуха, на меня не обижайся, но я решительно тебя не понимаю. Вот для чего ты теперь уходишь? Зачем всё это?

-Ты, коля, не забывай, что наш дед был цыганом. Вероятно, я в него... Я не могу долго сидеть на одном месте. Не могу!.. Понимаешь?

Далее