На распутье

Мы часто оказываемся на распутье. Ситуации бывают разные, но их все объединяет одно — необходимость сделать выбор. А как быть, если есть только два варианта, и оба — очень болезненные? Какую руку не так больно отрезать: левую или правую?

А может, есть третий, не болезненный, вариант, но мы просто не видим его? Не хотим видеть!..

И как же всё-таки поступить, находясь в сложной жизненной ситуации? На что решиться, чтобы не было так больно?

На распутье

— Не ожидал тебя здесь встретить! Это же городское дно, — что ты тут делаешь?

— Присаживайся, Стёпа, поговорим...

Степан, которого когда-то все ставили в пример, за последние несколько лет разительно изменился. Никто толком не знал, что с ним произошло, но вдруг ушла жена, забрав с собой детей, затем уволили с работы. Он стал завсегдатаем кабаков и притонов. В городе его не редко видели в окружении лиц, имевших ни одну судимость.

— Витя, предупреждаю сразу, я терпеть не могу моралистов!..

— Садись! — слегка раздражённо произнёс Виктор.

Степан шумно вздохнул и опустился на стул с противоположной стороны стола. Взгляды мужчин встретились.

— Пить будешь?

— Сегодня день трезвости, — угрюмо ответил Степан.

— Как знаешь.

Виктор чуть больше, чем на половину, наполнил стакан водкой и залпом осушил его.

— Говорят, ты хорошо поднялся, — немного помолчав, спросил Степан.

— Говорят, — согласился Виктор. — Белую «Бэху» видел у входа?

— Твоя?

— Моя...

— Хорошая тачка.

— Не плохая... Тебе деньги нужны?

Вопрос был неожиданным, и Степан на какое-то мгновение растерялся. Собравшись, он изучающим взглядом посмотрел на Виктора и понимающе улыбнулся:

— Конкуренты напрягают?

— Дурак ты, Стёпа, — поморщился Виктор.

Достав из кармана бумажник, он бросил на стол несколько пятитысячных купюр.

— Расплатись с официантом. Остальные — твои.

Встав из-за стола, Виктор, слегка покачиваясь, направился к выходу. Степан проводил его недоумевающим взглядом и присвистнул.

— Вот дебил!..

Выйдя из кабака, Виктор свернул за угол и медленно побрёл по пыльной, ухабистой улочке. Ему хотелось как можно глубже впитать в себя жизнь родного города, — взглянуть на неё со всевозможных сторон, проникнуться разнообразием видов, звуков и запахов, чтобы запомнить на многие годы, сохранив в душе частичку малой родины. День клонился к закату, и всё вокруг было окутано жёлто-алым светом. На деревьях изредка перекликались птицы, где-то далеко вяло лаяла собака. В одном из дворов что-то скрипнуло, и раздался плач ребёнка. Виктор посмотрел в ту сторону и вздохнул.

Пройдя очередной перекрёсток двух тихих, малолюдных улиц, он приблизился к небольшой, полуразрушенной церкви, и остановился напротив нищего. Пожилой мужчина, одетый в какие-то непонятные лохмотья, молча сидел на камне, держа в дрожащих руках потрёпанную шляпу. На морщинистый лоб одиноко спадала прядь седых волос, а в глазах его читались тоска и безысходность.

— Возьми, — бросая в шляпу раскрытый бумажник, сказал Виктор. — Пускай хоть тебе повезёт в этой жизни.

— Спасибо!.. — переводя взгляд с рассыпавшихся купюр на Виктора, произнёс ошеломлённый старик. — Храни вас Бог! — и он трижды перекрестился.

— Там тысяч тридцать — на какое-то время хватит.

Взглянув на сияющие в лучах заходящего солнца купола, Виктор немного постоял, думая о чём-то своём, глубоко личном, не спеша, осенил себя крестным знаменем и, резко развернувшись, пошёл прочь. По его щеке медленно катилась крупная слеза.

В кармане зазвонил мобильный телефон. Взглянув на экран, Виктор нажал «сброс».

— Зачем? — тихо произнёс он. — Ведь ничего не изменится. Ни-че-го!..

Выйдя на оживлённую улицу, он, не оглядываясь, стал переходить дорогу. Справа раздался пронзительный звук клаксона, взвизгнули тормоза.

— Пьянь слепая! — опустив стекло, на всю улицу заорал водитель серой «Волги». — Дать бы тебе в морду, чтоб мозги вправить!..

— Да пошёл ты!.. — не оборачиваясь, бросил Виктор. — И без тебя тошно...

Ему вдруг вспомнился холодный зимний вечер. Они стояли вдвоём, прижавшись друг к другу. Она тогда сильно замёрзла, и он старался хоть немного согреть её своим теплом.

Сначала она осторожно обвила нежными руками его шею, потом спрятала их в карманы. Он, наклонив голову, слегка касался губами её волос, выбивавшихся из-под шапки.

— Уже скоро придёт машина, — прошептал он. — Совсем чуть-чуть, и будет тепло!..

Ему же так хотелось в ту минуту, чтобы время остановилось, и она — такая родная, такая близкая, осталась рядом навсегда. Но из-за поворота уже выезжала машина, и их вновь ждали разные дома...

Тряхнув головой, Виктор отогнал непрошеные воспоминания.

— Зачем? — в который раз спросил он, обращаясь в никуда. — Зачем всё так?

— Вам плохо? Останавливаясь рядом с ним, участливо спросила проходившая мимо женщина. В обеих руках она держала сумки, до верха набитые различными продуктами, — вероятно, только что из магазина.

— Всё нормально, спасибо, — ответил Виктор. — Давайте, помогу.

Он взял из рук женщины обе сумки.

— Далеко живёте?

— Улицы три отсюда, — растеряно произнесла женщина.

— Пойдёмте. Скупились на полгода, что ли?

— Да нет, — улыбнулась она. — Просто семья большая: трое деток, родители, бабушка старенькая — тоже с нами живёт...

— А муж?

— Муж — тоже. Только он сейчас в командировке, потому вот я одна иду...

«Трое детей, — мысленно произнёс Виктор. — Родная, если бы ты только была рядом!.. Я бы всю жизнь и такие вот сумки, и тебя саму на руках носил!..»

Идя чуть поодаль от женщины, он, с нескрываемой грустью в глазах, наблюдал за её хрупкой, беззащитной спиной с маленькими, слегка заострёнными плечами, ритмично двигавшимися в такт походки.

проводив женщину, Виктор, особо не разбирая дороги, пошёл вдоль домов. Солнце уже практически скрылось, и теперь стремительно темнело. В кустах громко трещали сверчки.

«Жизнь — очень сложная штука. И в ней всё, что кажется на первый взгляд таким простым и понятным, на самом деле совершенно не постижимо!.. — размышлял он. — Вот как объяснить существование двух людей, каждый из которых — изнемогает от одиночества и неустроенности в жизни? Зачем тебе даются деньги, связи, слава, если ты ничего из этого не можешь использовать для её блага? Зачем в тебе самом всё то, что предназначено для двоих, но ты можешь лишь заниматься самоподавлением? В чём сокрыта суть, в чём смысл?..»

дойдя до развилки, Виктор остановился.

— И куда теперь? Направо? Налево? Или вообще назад?

Он вздохнул и огляделся по сторонам.

«А ведь я не смогу!.. — Вдруг явственно понял Виктор. — И дело не в бизнесе, в который вложено столько сил и времени, не в родном крае, где прошла вся моя жизнь, и даже не в друзьях и родных... Я без неё и недели не выдержу. Хотя бы изредка, хоть мельком, но видеть её, знать, что с ней всё в порядке!.. Без неё меня просто нет!..

Эгоизм? Психологическая зависимость? Нет, просто очень сильные чувства, рождённые душою, а не разумом. С огромной глубиной, как бывает в жизни лишь единожды.

Но, если душа не заблуждается, и она — действительно мне послана свыше, почему нет ответа?

Значит, так нужно. Ничего не происходит в этой жизни просто так; всё имеет глубокий смысл, и лишь мы не всегда его видим. И убегать от себя бесполезно — это ещё никому не удавалось. Надо идти вперёд. Знать бы только, какая тропинка на этом распутье правильная!.. Какую стоит выбрать? Помоги мне, Господи, — ты ведь ведаешь!..»

Откуда-то издалека ветер донёс слабый звон колоколов. Виктор улыбнулся и медленно пошёл на их звук. На душе стало легко и как-то по-особому радостно. Тоска и отчаяние незаметно сменились приливом сил и верой в завтрашний день. Рука произвольно опустилась в карман, где лежал мобильный телефон.

— Она ведь что-то хотела сказать!.. Да и я — тоже...

18-22.08.2016.

data-yashareType="button" data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,gplus">

Заполните форму ниже и получите доступ к литературно-музыкальному аудиожурналу "Мир творчества", который слушают более чем в 50 странах мира!





Похожие записи

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *